Основные тенденции изменения глобальной экологической и продовольственной ситуации

Потребности развития системы ландшафтного растениеводства обусловлены дальнейшим обострением продовольственной ситуации в мире, нарастанием глобальных экологических, демографических, социально-экономических и других проблем. Так, с начала промышленной революции ускоренными темпами происходит изменение климата (по порядку величины в 100 раз быстрее, чем движение к ледниковому периоду).

Известно, что до 1850-х гг. объем парниковых газов в атмосфере был относительно стабилен, после чего начался резкий рост концентрации СО2. Естественные факторы изменения климата включают смещение орбиты и угла наклона Земли (относительно положения ее оси), изменение солнечной активности, вулканические извержения и изменение количества атмосферных аэрозолей (твердых взвешенных частиц) естественного происхождения. Изменению климата способствует и урбанизация. Сейчас в городах проживает примерно половина населения планеты. Город с населением в 1 миллион человек в день «производит» 25 тыс.тонн СО2 и 300 тыс.тонн сточных вод.

Изменения климата уже оказали влияние на разнообразные физические и биологические системы в различных районах мира. В средних и высоких широтах увеличился вегетационный период. Наблюдается смещение экологических ареалов растений и животных к областям, расположенным на более высоких отметках над уровнем моря или же в более высоких широтах. Из-за климатических изменений в группу риска попадают экосистемы ледников, атоллов, полярных и альпийских областей, прерий, переувлажненных участков прерий и сохранившихся естественных лугов. Среди антропогенных систем наиболее уязвимыми являются сельскохозяйственные, особенно с точки зрения обеспечения продовольственной безопасности, и лесохозяйственные.

Необходимо также учитывать, что лишь около 11 процентов земной суши пригодно для земледелия и не более 6 процентов для пастбищного скотоводства, а лимит солнечной энергий, который может использоваться для сельскохозяйственного производства не превышает 0,2 %. Все меры, которые на протяжении тысячелетий успешно использовались для увеличения пищевых ресурсов человечества, — орошение, селекция, севообороты, удобрения, переработка и консервирование — обеспечивали лишь повышение коэффициента полезного действия этой пятой доли процента поступающей на земную поверхность солнечной энергии, которую поглощает хролофилл в листьях сельскохозяйственных растений. В период собирательства И охоты для того, чтобы прокормить одного человека, требовалось около двух квадратных километров. В начале XX пека эффективность сельского хозяйства достигла такого уровня, что для пропитания одного человека достаточно было всего лишь 100 квадратных метров обработанной земли, продуктивность земли значительно возросла.

До начала XXI века процесс индустриализации и экономического развития, рост мировой экономики существенно превышали рост народонаселения. В 50-70-х годах ХХ века темпы развития сельскохозяйственного производства превышали рост населения Земли, в первую очередь за счет интенсификации производства. Эта была «зеленая революция», позволившая подойти к решению проблем массового голода и недоедания в развивающихся странах. В конце 1960-х промышленное производство во всем мире увеличивалось со скоростью 7% в год, продукция сельского хозяйства росла каждый год на 3 процента, а ежегодный прирост населения составлял лишь два процента. Первый «нефтяной кризис» 1973-1974 годов, резко замедлив развитие индустриального производства, но не оказав существенного влияния ни на рост населения, ни на сельское хозяйство, укрепил уверенность в том, что главной угрозой развитию экономики является дефицит энергии и, прежде всего, нефти. Возможности земледелия считались столь обширными, что в США, Бразилии и ряде других стран началось осуществление крупных программ по производству жидкого топлива, в основном спирта, из культурных растений, прежде всего кукурузы и сахарного тростника. К концу 1970-х уже около двух миллионов автомобилей в Южной и Северной Америке использовало спирт, а не бензин. Лишь резкое падение цен на нефть в 1985 году приостановило эти программы.

В этот же период сельскохозяйственное производство в полной мере пожинало плоды успехов генетики, се­лекции и физиологии растений. В сельскохозяйственное производство повсеместно внедрялись сорта зерновых культур, которые были способны больше использовать удобрения и утилизировать намного большую часть продуктов фотосинтеза на формирование зерна, а не вегетативной части растений. У некоторых сортов около 50% всей биомассы растений к периоду созревания составляло генеративную часть. Эти сорта имели также высокий иммунитет. Благодаря «зеленой революции» в течение 35 лет, с 1950 до 1984 года, рост производства зерновых культур обгонял рост населения. В расчете на одного человека производство зерна в мире увеличилось в этот период с 247 до 342 килограммов. Но этот уровень оказался пре­дельным. В течение последующих лет он снижался, опустившись до 299 килограммов в 1995 году.

Ледники тают в 4 раза быстрее

Антарктида и Арктика теряют свой ледяной покров. Последние несколько десятков лет Северный полюс тает в 4 раза интенсивнее, чем раньше. А температура воздуха поднялась на 2,5 градуса, это гигантская цифра! То и дело от ледников откалываются гигантские айсберги и тают в теплых водах, что приводит к повышению уровня мирового океана.

Океаны выходят из берегов

В ХХІ веке уровень мирового океана поднимается гораздо сильнее, чем прогнозировали ученые. Основная причина – интенсивное таяние гигантских ледников. Специалист по исследованиям климата британского Университета Рединга Джонатан Грегори пришел к выводу, что воды мирового океана поднимутся на несколько метров. Это приведет к затоплению многих прибрежных стран.

Мир страдает от наводнений

За последние 20 лет в мире только от речных наводнений погибло более двухсот тысяч человек. С каждым годом осадков становится все больше. Паводки наблюдаются даже в тех местах, где дождь – редкое событие, например, в индийских пустынях. Предугадать наводнения практически невозможно, так как за последнее столетие участились внезапные, но очень интенсивные ливни. Из-за таяния льдов в горах речные паводки стали еще ужаснее.

Из-за жары растут пустыни

Практически по всей Земле лето стало дольше и жарче, больше всего страдают африканские страны – и без того маленькие урожаи полностью выгорают на солнце. Из-за аномальной жары высыхают реки и исчезают источники пресной воды. При этом в тех регионах, где осадков достаточно, их выпадает больше, что приводит к наводнениям.

Климат убивает животных

Из-за глобального потепления уже вымирали некоторые виды животных. 70 видов лягушек уже исчезли. На очереди крокодилы, так как из-за потепления перестают рождаться самцы, а остаются только самки. Кстати, ученые считают, что это – одна из версий гибели динозавров, чем теплее становится в Арктике и Антарктике, тем меньше становится на планете пингвинов, моржей, тюленей, белых медведей.

Горы теряют лед и рушатся

Даже скалы начали менять свой облик. Из-за резких перепадов температуры камни расширяются и сжимаются, в трещины попадает вода. В морозные дни она замерзает, и лед с большой силой раздвигает трещины. Глобальное потепление привело к еще более резким перепадам температуры. Поэтому скалы начали растрескиваться и рушиться. Яркий пример – гора Айгер в австрийских Альпах.

Ураганы стали привычным делом

Только в Америке за последние годы пронеслись несколько мощнейших ураганов. Индия и Таиланд находятся под угрозой землетрясений и цунами. Это явные последствия изменения климата. Из-за перепада температуры в океане формируются сильные циклоны, которые приносят на побережья ураганы и торнадо, а тропики заливают ужасными ливнями.

На рубеже 90-х годов в мире в основном исчерпались не только экстенсивные источники роста сельскохозяйственного производства (увеличение площадей сельхозугодий), но и главные источники интенсивного прироста (механизация, ирригация, минеральные удобрения, высокопродуктивные сорта). Кроме того, обозначилась тенденция к снижению потенциала мирового сельского хозяйства. Она связана с переводом площадей под жилую и промышленную застройку, с ветровой эрозией, с засолением и заболачиванием поливных земель, с нехваткой воды для полива. Возникли другие глобальные экологические и социально-экономические проблемы.

При утроении за последние полстолетия населения Земли (с 2,5 млрд. человек до более 6 млрд.) мировой валовой продукт между 1950 и 2000 годами увеличился почти в семь раз — с 6 трлн. долл. до 41 трлн. долларов. Мировой валовой продукт на душу мирового населения вырос с 2 500 долларов в 1950 г. до 5 750 в 2002. 90% роста населения планеты пришлось на менее чем одну десятую долю его истории. И при этом человечество стало потреблять 40% органической пищи и 50% питьевой воды планеты. Ежегодно 130 видов животных и растений исчезают (последний раз в истории земли столь быстрое исчезновение видов растений и животных происходило в период исчезновения динозавров). Сейчас на Земле сохранилось не более 0,01 % всех видов, рожденных эволюцией.

Жесткое столкновение человека с биосферой происходит по всем направлениям. Скорость научно-технического прогресса на пять порядков превышает скорость создания новых видов биологических организмов. Это порождает все более мощное возмущение биосферы, а направляемая по преимуществу рынком экономика продолжает внедрять создаваемые наукой разрушающие природу технологии в хозяйственную практику. Это столкновение цивилизации с биосферой — следствие того, что цивилизация не принимает во внимание законы целого, законы биосферы, поскольку учет их действий требует долгосрочных и сверхдолгосрочных мер, противоречащих краткосрочным и среднесрочным интересам экономики и социума.

Ощутимы потери лесной зоны, рыбных богатств, питьевой воды, горючего. Уже в наши дни атмосфера, почвы и воды загрязнены так, что надо ежегодно тратить для их очистки 1% мирового валового продукта, т.е. около полу триллиона долларов (500 млрд.). Ежегодный ввод нитратов в продукты питания удваивается и в 2002 г. составлял 350 млн. тонн.

Ежедневно с планеты исчезают 200 000 акров лесов. В Европе площадь лесов уже сокращена на текущее время до 27% территории, в Азии – до 19%, в Северной Америке – до 25%. Уничтожение площади левов вызывает засоление почвы, прежде очищаемой корнями деревьев. Во многих крупных городах содержание соли в воде водопровода приближается к уровню, опасному для здоровья.

Сокращение площади лесов приводит не только к засоленности. Почвы становятся все менее пригодны для сельскохозяйственного производства. одновременно происходит распыление почвы. каждую минуту в мире исчезает 300 тонн плодородных земель. А ведь после уничтожения лесов для создания новой плодородной почвы требуется 400 лет.

Согласно данным ООН, за последнее столетие уничтожена половина «влажной» земли, половина заселявших планету лесов, 80% лугов, 40% плодородной земли деградировано, а 70 % рыбных запасов моря уничтожено. По прогнозам к 2050 г. эрозийные процессы приведут к уме­ньшению почвенных ресурсов более чем на 30%. Но суровее всего человек обошелся с водными ресурсами. Система пресной воды в мире ухудшилась настолько, что ее способность поддерживать человеческую, растительную и животную жизнь поставлена под угрозу. Более миллиарда живущих на нашей планете уже не имеет доступа к свежей питьевой воде. При современной системе потребления воды потребности в питьевой воде превзойдут наличные ресурсы примерно в 2025 г. Еще будет бить из скважин нефть, а питьевой пресной воды на земле уже не будет хватать.

Нарушение тысячелетиями сложившегося кругооборота растительного покрова Земли (главным образом из-за искусственного уничтожения лесов, нарушений речного и подземного водного баланса, стремительного роста численности населения планеты и его безответственного вмешательства в естественные процессы) становится важнейшим фактором уничтожения плодородного слоя земли. В США, по оценкам экспертов, ныне ежегодно теряется из-за эрозии почвы 1,6 млн. тонн плодородных земель, что равноценно сокращению толщины слоя таких земель на 2,5 см на площади в 4 млн. га. Продолжение таких процессов способно превратить в пустыню даже самые урожайные регионы.

Именно сокращение площади пахотных земель явля­ется характерным для большинства стран мира. Если в 70-е годы среднегодовой прирост посевных площадей в мире составлял 0,7%, то в 1990 г. он снизился до 0,35%. По расчетам для обеспечения стабильного питания (включающего растительные и животные продукты) для населения мира

требуется не менее 0,5 га посевных площадей в среднем на одного человека. В 1990 г. на человека приходилось только 0,27 га обрабатываемых земель при тенденции ее снижения из-за опережающего роста населения над увеличением сельскохозяйственных земель. Причем, всю историю освоения земельных ресурсов планеты можно разбить на три периода. Первый — с начала цивилизации и вплоть до середины XX столетия, когда площадь пахотных земель возрастала из года в год во всех странах и на всех континентах и была доведена до 600 млн. га. На этом этапе рост сборов зерна в мире шел главным образом за счет прироста пахотных площадей.

Второй период — 50-е-80-е годы двадцатого столетия — характеризовался продолжением прироста пахотных земель (до 735 млн. га), главным образом за счет подключения резервов развивающихся стран, тогда как у многих развитых стран эти ресурсы уже были исчерпаны. На этом этапе динамика мировых сборов зерна уже на 80% определялась увеличением урожайности.

Третий период, начавшийся в 90-х годах XX в., характеризуется перспективой снижения (впервые в истории) общей площади пахотных земель планеты.

Среди причин, которые приводят к сокращению пахотных земель, необходимо выделить три основные:

Во-первых, продолжающееся расширение пахотных земель в отдельных странах уже не компенсирует их возрастающее изъятие из оборота для несельскохозяйственных, главным образом промышленных целей. Только дороги в промышленно развитых странах исключают из сельскохозяйственного пользования до 10% тех земель.

Во-вторых, чрезмерная (без оглядки на последствия) интенсификация сельскохозяйственного производства в 60-80-х гг. XX века привела к резкому ускорению и расширению губительной эрозии почвы и, как следствие, изъятию из оборота ее значительных площадей. В США и Западной Европе к середине 90-х гг. XX столетия из-за этого пришлось законсервировать (перевести под лесные насаждения и луга) около 20 млн.га.

В-третьих, рост населения планеты предъявляет свои требования на земельные ресурсы. Если до недавнего времени это удавалось обеспечивать в решающей степени за счет освоения новых массивов земель (малопригодных для сельского хозяйства), то к концу XX столетия такие ресурсы оказались в большинстве стран уже исчерпанными.

По прогнозу ФАО через 50 лет непригодными для сельского хозяйства станут 544 млн. га используемых сейчас земель в странах Азии, Африки и Латинской Америки. Деградации подвержены не только пахотные земли, но и три четверти естественных пастбищ. В наибольшей степени снизилось плодородие пахотных земель в странах Африки, Азии и Европы. Лучше всего потенциал естественного плодородия почв сохранился в Южной Америке.

Весьма реальной угрозой ближайших лет считаются ныне и значительные потери площадей пахотных земель из-за их засоления и заболачивания (главным образом при массовой ирригации без должного дренажа и другой необходимой подготовки почвы). Уже в начале 90-х годов прошлого столетия 10% земель с искусственным орошением были засолены настолько, что ставится под сомнение возможность их дальнейшего использования, еще 30% этих земель подвергаются засолению и заболачиванию. К этому следует добавить, что в упадок приходят и сами ирригационные каналы из-за их заиливания и зарастания водорослями.

Анализ ситуации, проведенный в 1994 г. Всемирным банком, показал, что емкости созданных в мире искусственных водоемов ежегодно сокращаются из-за их заиливания на 1% и что предотвращение этого процесса уже сегодня требует расходов на уровне 6 млрд. долларов в год.

Все большую тревогу вызывает и неопределенность последствий растущей ультрафиолетовой радиации (из-за разрушения озонового слоя стратосферы планеты). Многие из этих последствий только начинают исследоваться, но уже сегодня есть основания полагать, что увеличение радиации на 15% приведет примерно к та кому же снижению урожайности сои, кукурузы, морского планктона. Это может привести к изменению жизнеспособности всего океана. Изучение воздействия радиации на рис показали, что 30% сортов заметно снижает свою урожайность.

Как предупреждают эксперты, изменение климата планеты (главным образом из-за удвоения в ее атмосфере углекислого газа и образования по этой причине так называемого парникового эффекта) приведет к повышению глобальной температуры атмосферы на 1,5-4 градуса последние 50 лет среднемировая температура повысилась почти на градус по Цельсию, с 13,87 в 1950 г. до 14,52 в 2002 г. Со времени начала регистрации температуры, более ста лет тому назад, девять самых высоких среднегодовых температур в мире отмечены в последние 12 лет. За 250 лет промышленной революции концентрация углекислого газа в атмосфере увеличилась на 31%, в то м числе на 18% с 1960 г. Чем больше повышается температура, тем меньше способен океан поглощать сажу. Установлено, что ее содержание в океане в 50 раз выше, чем в атмосфере. По мере повышения температуры вод океана снижается их способность абсорбировать сажу из атмосферы. Ежегодные выбросы пыли, копоти и сажи к 2001 г. составили 6,55 млрд. тонн. Это означает, что парниковый эффект ускоренно нарастает. На Земле миллиарды лет сохранялся баланс тепловой энергии, поступающей от Солнца (167 млрд. МВт), а 0,1% тепла, запасенного растениями (160 млрд. кВт), сохранялось на Земле в виде нефти и угля. Эта энергия высвобождается при сгорании на «благо человечества». В настоящее время общий выброс вырабатываемой энергии в окружающую среду равняется 27,8 млрд. кВт, т.е. человечество высвобождает энергию, соизмеримую с энергией, поступающей на Землю. И если за миллиарды лет существования Земли она приспособилась держать в равновесии баланс тепловой энергии, то энергия, поступившая за последние десятилетия в окружающую среду, нарушает этот баланс, провоцируя в ускоряющемся темпе глобальное потепление.

Поэтому при современном использовании природных ресурсов через 40-50 лет в мире может наступить теп­ловая смерть. Как видно, человечество зашло в своеобразный энергетический тупик: с одной стороны, для повышения уровня жизни необходимо увеличивать производство энергии (увеличение производства продовольствия в два-три раза требует увеличения потребления используемой в этом производстве энергии в 4-5 раз), а с другой — этого нельзя делать из-за экологических ограничений.

На основе обобщения информации, касающейся глобального потепления, моделирования климата и про­гнозов его изменения в будущем, в зависимости от регионов планеты можно ожидать:

  1. 1.Учащения засух в засушливых (аридных) зонах и увеличения площадей пустынь и полупустынь. Во влажных (гумидных) широтах, наоборот, будут возрастать объемы атмосферных осадков и влажность воздуха.
  2. 2.Снижения производительности аграрного сектора и уменьшения уровня обеспеченности продовольствием населения, прежде всего в зонах аридного климата. В гумидных зонах возможны учащение наводнений, затопление почв и вымокание урожаев.
  3. 3.Обострения дефицита водных ресурсов, особенно в бассейне Средиземного моря, в Средней Азии, Цен­тральной Америке, Африке, Китае и др.
  4. 4.Ухудшения санитарно-гигиенических условий проживания населения, распространения инфекционных и инвазитных болезней среди людей, животных и птиц.
  5. 5.Усиления миграции населения из регионов экологического бедствия.
  6. 6.Роста потерь видового разнообразия в связи с сокращением ареалов существования видов.

Анализ результатов прогноза климатических изменений в Украине по данным К.М. Сытника (2006 г.) дает основание заключить, что удвоение содержания углекислого газа в атмосфере вызовет:

–          повышение средней температуры во все сезоны года, по одним сценариям — наиболее существенно зимой, по другим — весной;

–          увеличение количества атмосферных осадков на 20%;

–          повышение уровня Черного и Азовского морей, активизацию явлений подтопления территорий, абразии берегов, морей и водохранилищ;

–          перемещение в умеренные и северные зоны субтропических циклонов, которые будут способствовать опустыниванию юга Украины;

–          необратимую деградацию степей Причерноморья, Приазовья и степной части Крыма;

–          на всей территории Украины предполагается снижение продуктивности леса, вследствие распространения эпитофий, болезней и вредителей;

–          снижение урожайности сельскохозяйственных культур, по одном сценариям, и повышение – по другим.

К этому следует добавить и то, что в период т. н. аграрных реформ и дикого рыночного капитализма произошло значительное дробление некогда единого земельного фонда, потеря управляемости многими процессами земельных отношений. Продолжается разрушение природных комплексов. Растут площади подтопляемых и загрязненных земель. Усилились процессы деградации почв. Сужается разнообразие возделываемых культур.

В результате деструктивных действий по реформированию земельных отношений, организационно-производственной структуры и системы управления агропромышленным комплексом последний вошел в состояние системного кризиса, частные проявления которого — колебания объемов производства и ухудшение финансового положения предприятий, физическое и мо­ральное старение оборудования и производственно-организационных технологий, разрыв межхозяйственных связей. Украинскому государству потребуется немало усилий и средств для преодоления мелкоземья как существенного тормоза ландшафтной и природоохранной организации территории в интересах повышения продуктивности почв и эффективности сельского хозяйства в целом.

Следует также учитывать, что дальнейшее повышение урожайности основных культур при нынешних технологиях (как правило, энергозатратных) их выращивания, ограничено. Иными словами, резерв технологических нововведений, позволявший раньше добиваться весьма ощутимых результатов, оказывается уже в значительной мере исчерпанным.

В первой половине двадцатого столетия получила эффективные механизмы для повсеместного использования, минеральные удобрения (появившиеся в середине Х1Х-го века) были уже хорошо освоены промышленностью как по объемам производства, так и по номенклатуре, гибридное семеноводство (ставшее итогом больших научно-прикладных исследований в области биологической наследственности и селекции видов растений) привело к массовому внедрению новых сортов и продовольственных культур, весьма благоприятно реагирующих на искусственное орошение и химические удобрения.

Все эти возможности были активно использованы сельскохозяйственным производством в 50-80-х годах прошлого столетия и определили достигнутый за эти годы прогресс. Но уже к концу этого периода рост урожайности практически прекратился. Урожайность кукурузы в США (занимающих ведущие позиции в мире по этой культуре), Остававшаяся в течение 100 лет неизменной (16 ц/га), была Повышена в период 1940-1985 гг. более чем в 4 раза (до 74 ил а), после чего все усилия по ее дальнейшему подъему остаются безрезультатными.

Что касается урожайности пшеницы, то особых успехов добилась Англия — за эти же 40 лет она сумела увеличить ее в три раза (до 70 ц/га), затем рост также прекратился. Аналогичная ситуация с рисом. Япония, занимающая ведущие позиции в технологии производства этой культуры, поднимала ее урожайность из года в год вплоть до 1984 г., затем этот показатель остается стабильным, точнее – незначительно снижается.

Большинство стран сегодня отстает от достижений названных стран в области урожайности основных культур (среднемировая урожайность зерновых культур – 30 ц/га). Это сохраняет определенную перспективу дальнейшего повышения урожайности в масштабах планеты в ближайшие десятилетия. Однако практика показывает, что он возможности быстро уменьшаются и связаны не столько ограничениями возможностей сельскохозяйственной науки и практики, сколько с нарастающим дефицитом энергоресурсов, экологическими и социально-экономическими причинами. Число людей, живущих на землях, подверженных хронической засухе, уже составляет полмиллиарда человек. Ожидается, что через 20 лет их будет уже 2,4-3,4 миллиарда.

По расчетам экспертов общий объем сбора зерновых на планете увеличится к 2030 г., всего лишь на 369 млн. тонн и составит 2149 млн.т, производство мяса возрастет (главным образом за счет свинины и бройлеров) на 50-80 млн. т, т.е. примерно до 260 млн. тонн, тогда как использование морепродуктов останется на нынешнем уровне — 100 млн. тонн. Практически это означает, что если в 1950-1985 гг., прирост производства продовольствия на планете достигал 30 млн. тонн в год, в середине 90-х годов XX столетия он снизился до 12 млн. тонн, то в период до 2030 года он в лучшем случае будет составлять лишь 9 млн. тонн в год. Динамика же спроса на продовольствие будет, как ожидается, прямо противоположной.

Рост спроса на продовольствие будет, как и прежде, определяться двумя основными факторами: увеличением численности населения Земли и стремлением всех стран повысить калорийность, качество питания своего населения.

Между 1950 и 2000 гг. население Земли увеличилось с 2,5 до 6 млрд. человек. По прогнозам ООН, оно составит в 2030 г. 8,5 млрд. человек, а в 2100 г. — до 14,4 млрд. человек. По оценке Международного института исследований проблем продовольствия, прирост мирового населения между 1995 и 2020 годами составит 73 миллиона в год и достигнет 7,5 млрд. человек. Несмотря на ряд широкомасштабных кампаний по снижению темпов рождаемости, рассчитывать на замедление этого роста нереально. Изменяется и демографическая география. Основной прирост придется на бедные страны, где дневной заработок составляет менее 2 долларов в день на человека. В 1950 г. в развитых индустриальных странах проживала греть человечества, в 2000 г. — меньше четверти, а в 2020 г. – будет меньше одной пятой. В Азии в 2020 г. будет проживать более половины (значительно увеличившегося) человечества. Быстрее всего вырастет доля Африки в мировом населении — с 12% в 2000 г. до 15% в 2020 г.

Чтобы прокормить население планеты, необходимо будет увеличить производство зерна на 40%. Однако современный уровень позволяет рассчитывать лишь на одну мятую необходимого прироста. Если развивающиеся страны не смогут сами произвести необходимое зерно, тогда их импорт из развитой части мира должен к 2020 году удвоиться (до минимума 200 млн. тонн), а импорт мяса — увеличиться в шесть раз. При этом Америка в 2020 году будет продолжать оставаться главной кладовой пищевых запасов мира — 60% зерна будет поступать из США. Здесь каждый доллар доходов от агроэкспорта стимулировал предпринимательскую активность на 1,61 долл. Общий суммарный экспорт агропродукции в 2002 году в объеме 15,1 млрд. долларов позволил получить 85,4 млрд. долларов добавленной стоимости.

Британское агентство Охгат опубликовало результаты исследований, свидетельствующие о том, что фактическая поддержка сельского хозяйства в США и Евросоюзе во много раз больше, чем об этом сообщается официально. Экспортные субсидии на производство сельхозпродукции подрывают конкурентоспособность развивающихся стран на мировом аграрном рынке. Так, США на Поддержку агроэкспорта выделяют 6,6 млрд. долл., что в 100 раз превышает цифру в отчете, предоставляемом Всемирной торговой организации (ВТО). Европейский союз на эти цели расходует 5,2 млрд. долларов — в 4 раза больше, чем признается официально.

Более 120 стран мира импортируют зерно и только четыре — США, Канада, Австралия и Аргентина — имеют достаточные излишки для экспорта. 420 млн. человек живут в странах, где уже нет резервных посевных площадей, и их народы зависимы от импорта продовольствия. К 2025 году число людей, которые питаются за счет импорта, перевалит за 1 млрд. человек.

Парадоксальность этого разделения мира на очень небольшое число стран, производящих излишки зерна на экспорт, и на абсолютное большинство стран, зависимых от импорта, состоит в том, что к странам-экспортерам относятся, прежде всего, такие, где минимальное число людей (по отношению к их общему населению) непосредственно занято работой в сельском хозяйстве. В то же время к импортерам зерна относятся страны либо с преобладанием, либо со значительной пропорцией сельского населения. В США непосредственно в сельскохозяйственном производстве занято лишь 2,6 процента от общего числе работающих, в Канаде — 2,9 процента. В Австралии сельское хозяйство обеспечивает работой 4,7% общей рабочей силы. На каждого сельскохозяйственного работника в Канаде производится 120 тонн зерна, в США — 100 тонн. В Великобритании и Франции на каждого работника ферм производится 80 и 50 тонн зерна соответственно. В Египте, Иране, Бразилии и многих других странах один фермер производит около 3-4 тонн зерна в год.

Один работник сельского хозяйства кормит в странах «третьего мира» около 2 человек, тогда как в странах Запада — более 20 человек; в том числе в США — 80, в Бельгии, Нидерландах — 100 человек. Доход на одного занятого в сельскохозяйственном производстве в Южной и Юго-Восточной Азии в среднем составляет 404 доллара, в то время как, например, в Японии приближается к 10 000 долларам.

Столь резкое деление стран с высокой и низкой производительностью труда определяется не только почвенно-климатическими условиями и агротехнологиями. Оно во многом связано с уровнем механизации сельскохозяйственных работ. Общая площадь всех ферм в США, равная 393 миллионам гектаров, примерно равна общей площади всех ферм Индии, Китая, Пакистана и Бангладеш вместе взятых (165, 166, 22 и 10 миллионов гектаров соответственно). В США эту площадь обрабатывает 3,4 миллиона человек, в четырех азиатских странах — более 600 миллионов. Такая резкая разница обеспечивается значительно более высоким уровнем механизации всех сельскохозяйственных работ в США и других странах-экспортерах зерна. В США и Канаде все работы в зерновом производстве выполняются машинами. В Индии, Китае и Пакистане на долю ручного труда и труда рабочего скота (лошади, волы) приходится не менее 60-70 процентов. При производстве пшеницы доля ручного труда меньше, при производстве риса — больше. Это современное деление мирового производства сельскохозяйственных продуктов на полностью индустриальные системы (завершенный индустриальный комплекс) и полуиндустриальные, требующие многомиллионных армий сельскохозяйственных рабочих и крестьян, дает значительные преимущества агропромышленным странам в производстве крупных излишков сельхозпродукции. В этих странах весь урожай сразу идет на рынок, через систему переработки, также индустриализированной. Фермер обеспечивает свою семью продовольствием и сельскохозяйственных животных кормами из общей системы торговли, а не за счет собственного производства.

В полуиндустриальных системах сельского хозяйства, характерных для стран с преимущественным сельским населением, на рынок идет лишь та часть сельскохозяйственной продукции, которая не потребляется самим сельским населением и сельскохозяйственными животными.

Однако, американский фермер, выращивающий зерновые культуры, является не только высокоэффективным производителем, но и ненасытным потребителем, используя машины, горючее, удобрения и др. Коэффициент полезности американского зернового производства неуклонно падает. В Англии же, например, начиная с 50-х годов XX века производство продуктов питания находится в отрицательном отношении к потребляемой энергии. Разумеется, следует помнить, что урожайность в Америке и Европе, зачастую в десять раз больше, чем при традиционных способах веде­ния сельского хозяйства.

Если исходить из расчетов прироста населения планеты и сохранения нынешних норм питания населе­ния, то потребность планеты в зерне в 2030 году соста­вит 2 675 млн. т, в мясе — 300 млн. тонн, в морепродуктах — 168 млн. т. Между тем, возможный объем сбора зерна в этом году оценивается в 2 149 млн. тонн (в 2004-2005 гг. производство зерна в мире составило 1985 млн. тонн), производство мяса — в 260 млн. тонн, улов рыбы и производство морепродуктов — в 100 млн. тонн. Ины­ми словами дефицит зерна в 2030 г. будет находиться на уровне 526 млн. тонн, мяса — 40 млн. тонн, морепродуктов — 68 млн. тонн. Этот расчет сделан по наиболее благоприятному сценарию. По другим оценкам, разрыв между ресурсами продовольствия и потребностями планеты будет еще более значителен.

Достигнутый в 80-90-х годах прошлого столетия уровень производства зерна на человека 342 кг, как уже отмечалось, испытывает плавное, но устойчивое падение. Концепция интенсивного роста сельскохозяйственного производства, опережающего рост населения, характерная для второй половины XX века для продовольственной политики ООН, ФАО и смежных организаций, стала утрачивать свои позиции.

Одновременно страны — основные экспортеры продовольствия, в первую очередь США, Канада, Евросоюз приняли решение о постепенном снижении внутреннего производства продовольствия и стали субсидировать временный вывод сельхозугодий из оборота для восстановления плодородия почв. Кроме того, в целях сохранения дикой природы и развития территорий в Европейском союзе разработана и осуществляется программа «Природа-2000», в соответствии с которой определены охранные зоны обитания птиц. Режим их охраны Значительно менее строгий, чем заповедных зон, но обеспечивает поддержку таких видов деятельности и способов хозяйствования, которые благоприятствуют сохранению природных условий. Собственник ограничен к хозяйственной сфере, однако ему предусмотрена компенсация. Охранные зоны занимают в Дании 22,3%; Нидерландах — 24,1; Словакии — 28; Словении — 24; Венгрии — 15; Австрии — 14,7; Бельгии — 14,1; Португалии – 9,4% территории.

Очевидно, что отставание роста производства продукции сельского хозяйства от роста населения в сочетании с целенаправленным сокращением объемов производства в основных странах-экспортерах чревато резким сокращением предложения на мировом рынке продовольствия и резким скачком среднемировых цен. Прогнозы расходятся только в динамике изменения цен, которая может развиваться как по плавному, так и по кризисному сценарию. По второму, цены, например, на зерно могут подняться в несколько раз, достигнув нескольких сот долларов за тонну (как в свое время, в начале 70-х, в несколько раз возросли цены на энергоносители). Реальную динамику повышения цен спрогнозировать очень сложно, это будет определяться управленческими решениями стран-экспортеров и крупнейших зерноторговых компаний, под чьим контролем находится мировой рынок. Мировые цены формируются, прежде всего, на биржах США. Взлет мировых цен на продо­вольствие неизбежно приведет к увеличению предложения сырьевых товаров на мировом рынке, падению цен на них (не исключая нефть и природный газ), а значит — к дополнительному снижению продовольственного эквивалента сырьевого экспорта.

Если ориентироваться на нынешний уровень питания жителей США (к чему стремится большинство стран), то продовольственных ресурсов в 2030 году хватит только для 2,5 млрд. человек, что в 3,5 раза меньше ожидаемого количества жителей Земли (8,5-8,9 млрд. человек). Иными словами, такое решение просто нере­ально. Если же разделить все продовольственные ресурсы 2030 г., между жителями планеты, то на каждого из них будет приходиться столько, сколько имеет его сегодня житель Индии (450 г зерна в сутки). Это дает основание сделать вывод, что перераспределение продовольственных ресурсов планеты неизбежно и весьма скоро выйдет за рамки чисто коммерческих операций и обретет острый политический характер.

Если сегодня хронически недоедает 17% населения земли, то в ближайшие десятилетия голодающими могут стать уже 25% жителей планеты. 64 страны не в состоянии обеспечить свое население продовольствием. К голодающим относятся люди, потребляющие менее 1 520 ккал в день, — порога для физической выживаемости человека.

Базовая потребность в продовольствии для существования и легкого физического труда составляет 2 150 ккал в день. Около одного миллиарда человек, живущих в развитых странах, поглощает в среднем по 3 350 килокалорий в день на человека, что на 700 килокалорий выше рекомендуемого уровня. На все остальные страны приходится по 2 520 килокалорий в день, что можно считать удовлетворительным. Однако почти миллиард человек в бедных странах Африки и Азии потребляет в среднем лишь 2040 килокалорий в день, что значительно ниже физиологического минимума. От голпода и болезней, с ним связанных, в мире ежегодно погибает в несколько раз больше людей, чем погибло во время атомных бомбардировок Хиросимы и Нагасаки в 1945 году.

Проблема голода в мире порождена не исчерпанием потенциала мирового сельского хозяйства, а социально-экономическими факторами, прежде всего нищетой большинства стран третьего мира, где отсутствие капитала для экономического развития обрекает огромные массы населения на голодное и полуголодное существование. В то же время индустриально развитые страны (прежде всего США) проводят политику сокращения посевов зерновых и других культур для поддержания цен на высоком уровне, недоступном для развивающихся стран.

По мнению индийского ученого, Нобелевского лауреата по экономике Амартьяна Сена: «Способность человека иметь в своем распоряжении продовольствие зависит от отношений в обществе… Голод может быть вызван не отсутствием продовольствия, а отсутствием дохода и покупательной способности, поскольку в рыночной экономике лишь доход дает право на получение продовольствия…». О кризисе рыночных механизмов свидетельствует тот факт, что мировой рынок исключает из процесса международного экономического сотрудничества половину населения Земли. Доклады ООН об экономическом состоянии мира поражают жестокостью оценок даже самое уравновешенное сознание. На беднейшие 20% мирового населения приходится лишь 1% внутреннего валового продукта мира, а соотношение между богатой 1/5 мирового населения и 1/5 беднейшего населения Земли достигло 1:75. Восемь с половиной миллиардов землян просто не смогут существовать, если уровень потребления земных ресурсов у бедных и модернизирующихся стран приблизится к уровню США. И не только потому, что им не позволят этого сделать. Ныне площадь используемой земли, приходящейся на одного американца, рав­няется 10 гектарам, а в беднейших странах — одному гектару. Для того чтобы бедным достичь американского уровня, необходимы еще четыре планеты Земля.

Содержащие всего лишь 25% мирового населения страны Северного полушария (Северная Америка, Западная Европа, Северная Азия) потребляют 70% всех запасов мировой энергии и более 60% всей пищи на Земле, используя при этом 85% всех мировых лесов.

Более половины земного населения — сверх 3 млрд. человек — недоедают. Анализ, осуществленный экспертами ООН, показал, что 1,2 млрд. человек страдают тем или иным видом болезни от недоедания — они просто голодают, — а втрое большее число людей недоедает. В Индии голодают 53% населения, в Бангладеш — 56%, в Эфиопии — 48%. Средний индус сегодня потребляет пищи в пять раз меньше жителя Северной Америки и Западной Европы (мировая средняя величина — 6 тыс. калорий). Средний африканец получает меньше калорий, чем сорок лет назад. В пяти африканских странах — Кении, Малави, Сьерра-Леоне, Замбии и Зимбабве хронически голодает 40% населения.

Пять миллионов детей умирают ежегодно от недоедания, а многие миллионы не способны учиться и овладевать профессиями, ощущая постоянный голод. По оценкам Всемирного банка, голод лишает Индию примерно 28 млрд. долларов только по причине своего воздействия на производительность труда индийских рабочих. Проведенное Международным институтом питания исследование показывает, что численность и доля голодных в крупных урбанистических конгломератах постоянно растет.

Среди 4,4 млрд. человек в развивающихся странах, три пятых живут в условиях, не соответствующих минимальным санитарным требованиям: одна треть лишена нормальной питьевой воды, одна четверть не имеет адекватных жилищных условий, одна пятая недоедает. Почти одна треть жителей беднейших стран не доживает до 40 лет. 8 миллионов человек умирают ежегодно от загрязненности воды и атмосферы. Более 150 млн. человек никогда не посещали школу.

Более 1,3 миллиарда живут менее чем на 1 доллар в день (между 1987 и 1999 годами их численность, согласно данным Мирового банка, увеличилась на 200 миллионов). В большинстве стран Африки долги, болезни и вражда стали непреодолимым барьером на пути экономического и социального развития. При этом развивающиеся страны могут позволить себе выделить на сельское хозяйство только 7,5% своих государственных бюджетов. В результате в Африке южнее Сахары на миллион экономически активного в сельском хозяйстве населения приходятся 42 научных сотрудника (занятых исследованиями сельскохозяйственных проблем), а в развитых странах — 2 458 исследователей.

Одновременно, 1,2 млрд. людей, живущих на Западе, потребляют пищи значительно больше, чем требует их организм. В США, к примеру, ежегодно расходуется более 100 млрд. долларов для борьбы с последствиями переедания. Современное состояние 358 наиболее богатых «глобальных миллиардеров» равно общему богатству 2,3 миллиарда бедняков, составляющих 45% населения планеты. Это означает, в известном контексте, что вместо того, чтобы заниматься трудным делом обслуживания 2,3 млрд. бедняков, новой либеральной экономике достаточно обслужить всего несколько сотен богачей — прибыль будет той же — и без всяких неприятных социальных контактов. И вполне очевидно, что речь идет о системе экономического геноцида. Эта система уже сложилась, и вопрос о том, в какой мере она будет пущена в дело, есть уже вопрос политический и психологический, относящийся к деликатной сфере взаимоотношений элиты к своему или не совсем к своему, а «этому» народу.

Таким образом, экономическая, продовольственная и экологическая ситуация в мире характеризуется противоречивыми тенденциями и процессами. Рыночная экономика, даже если речь идет о рынке природоохранных товаров и услуг, ведет к истощению природных ресурсов, создавая иллюзию стабильного роста и благополучия. Она не только не способствует поддержанию устойчивости биосферы, сохранению биоразнообразия и учету интересов будущих поколений, но и не подает сигналов о переходе несущей емкости планеты к коллапсу ни в отдельных странах и регионах, ни на глобальном уровне.

Человечество в своем потреблении уже перешло пороговый уровень хозяйственной емкости Земли, составляющий менее 1% общего объема продукции биосферы. Начался процесс разрушения естественных сообществ и экологических ниш многих видов и организмов, а также встал вопрос о распаде генома и существовании человека как вида. Природный потенциал Земли уже недостаточен для поддержания как существующих видов экономической деятельности, так и систем жизнеобеспечения, от которых зависит цивилизация.

Как и весь мир, на протяжении 1991-2006 гг. сельское хозяйство и аграрная экономика Украины в целом балансировали между двумя полюсами — полюсом богатства и полюсом бедности. По производству зерна на душу и населения Украина уступает не только развитым европейским странам, но и Болгарии, Польше, Румынии, Венгрии. Производство мяса на душу населения за годы реформ сократилось более чем втрое (с 84 кг в 1990-м до 33,6 кг в 2000-м). Это один из самых низких показателей в Европе.

Особую остроту приобрела проблема технической оснащенности АПК: парк зерноуборочной техники составляет лишь половину от потребности. Сельскому хозяйству Украины недостает 120 тыс. тракторов.

В результате экономическая эффективность аграрного производства крайне низка. Если в странах ЕС потребности в сельхозпродукции обеспечивают около 5% общей численности рабочей силы, то в Украине — 25%. На одного работника в сельском хозяйстве Украины приходится годовая валовая добавленная стоимость в 2 500 долларов, что в 8-16 раз меньше, чем в экономически развитых странах мира.

Допущенные просчеты в стратегии и тактике реформ носят не частный, а системный характер. Они связаны прежде всего с переоценкой значения частной собственности по сравнению с другими факторами эффективного производства, недооценкой социальных факторов ее проведения, критическим снижением роли государства в управлении и ресурсном обеспечении агропромышленного производства. Реформы в АПК проводятся, по существу, без оценки их экономических и социальных последствий. Это приводит к ненужному противостоянию различных групп населения, безграмотному противопоставлению мелкого производства крупному, ухудшению обеспеченности инженерной и социальной инфрастуктурой, а также показателей экологии землепользования.

Переход к рыночным отношениям обострил старые и породил новые проблемы, до критического уровня ослабил возможности государства и потенциал сельского хозяйства. Аграрная реформа не решила большинство поставленных перед нею задач и по многим позициям село отброшено на 15-20 и даже больше лет назад. И трудно однозначно сказать: в каком направлении будет развиваться ситуация дальше? На каких условиях, с какими последствиями войдет Украина в мировую экономическую систему?

По своему содержанию, внутренней структуре, способам и методам решения задач отечественная система сельского хозяйства остается не адекватной современным мировым реалиям, не смогла определить основные приоритеты развития в условиях ухудшения продовольственной ситуации в мире и нарастающих лимитов интенсификации земледелия и животноводства.

Вполне очевидно и следующее: основные причины современных кризисных явлений в аграрной экономике Украины, равно как и возможности их преодоления лежат не только внутри, но и за пределами сельского хозяйства в сфере макроэкономических процессов и макроэкономического регулирования, а также геополитических факторов. И чем быстрее удастся освободиться от либеральных иллюзий, повысить степень конкурентоспособности в жестких реалиях современного мира — тем быстрее сельское хозяйство Украины встанет на путь устойчивого развития, ослабления его зависимости от дестабилизирующих природных и социально-экономических факторов.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями: